Skip to Content

Не спасаемые


- А как же язычники думают спасаться? - за последнее время несколько раз приходилось слышать подобный вопрос от людей, которые в той или иной мере следуют христианской идее.

В некоторых случаях этот вопрос подкрепляется необходимыми библейскими цитатами, в некоторых - этот вопрос слышится косвенно. Быть может это через интонация беспокойства,быть может - размышление о том, что христианстве есть некоторые пути, вроде бы понятные техники делания - описанные принципы молитвы, календарь постов, таинства и прочие сатурианские конструкции, которые нарабатывались веками эгрегоральной жизни.

И люди действительно не видят, как именно осуществляется духовное делание в Традиции, исходящей из глубин дохристианского бытования.

И дело тут не в том, что сохранились многие обряды, праздники несмотря на тысячу лет выдавливания прошлого опыта. Можно, конечно, обращаться именно к этому пласту - сказки, былины, песни, годовые праздники и т.д.
Но при всей значимости этого наследия - оно скорее может стать вратами, введением в смысл Традиции, прикосновением к некоторым важным принципам.

Наверное важнейшим различием христианского и языческого взгляда на мир, можно принятие или отвержение тезиса изначальной испорченности человеческого существа. Тезис о твари.

Этот ветхозаветный постулат о том, что человек сотворён богом, слеплен из глины и прочих подручных материалов и оживлён некоторым магическим образом. А значит - в самом начале - человек не равен богу, человек - просто поделка, говорящая глупая кукла.
Вот тот краеугольный камень различия из под которого и вырастает страх о том, что мы не спасёмся иначе как в церкви - эксклюзивность оказываемых эгрегором услуг по спасению не подвергается сомнению верующими, ибо они усвоили - изначально мы все твари.

Надо заметить, что этого концепта не было до иудаизма, по крайней мере в столь явной форме. Человек полагался полноправным участником мира, наряду с богами, демонами, полубогами и прочими существами различных миров. Все являлись частью единого дыхания Всевышнего, все исходили из него и возвращались к нему со временем.

И вообще-то именно это понимание единства, сыновства заключается в тезисе Христа - "я сын божий". Это возмущает разве что иудейских жрецов, Иисус ведь прямо утверждает то, что известно, пожалуй, всем, кроме народа израилева - все люди дети бога, единые с ним по рождению, а не твари, изначально другой природы.
Это очень важно, поэтому, собственно Иисус и говорит о том, что он "послан только к погибшим овцам дома Израилева" - к тем, кто утратил понимание единородства с Богом.

Именно потому в язычестве утверждение бога Рода в качестве одного из важнейших - принципиальный момент. Ведь тут идёт именно о сохранении знания о своём безусловном единстве с Отцом, со всех линией предков, прямо восходящей к Богу.

Надо сказать, что в Европе христианство фактически сразу оказалось подмятым иудейской традицией, то, что говорил учитель Иисус интегрировали в ветхозаветную схему, фактически исказив его учение до обратного.
И через именно такое извращённое христианство в мир пришла философия ветхого завета.

Важно заметить, что русское православие времени двоеверия долго сопротивлялось интеграции именно ветхого завета. Борьба с ересью жидовствующих, обострившаяся во второй половине пятнадцатого века наглядно показывает, что фактически первые пять -шесть столетий христианства на Руси были в общем-то иными - фигура Христа была во многом освобождена от ветхозаветных мифов,ветхий завет впервые переводится на понятный русским язык лишь в библии изданной Иваном Фёдоровым - а это 1570 годы !
Поэтому тем, кто утверждает тысячу лет христианской традиции в России не плохо бы понимать, что почти шесть веков она формировалась отличным от Европы образом.

Принцип человека, без вины виноватого, проклятого и отверженного уже при рождении, раба, который лишь может молить о даре сыновства - это искажение, в котором мы и живём-то лет 400 - не так уж и много по меркам истории.
И не трудно заметить, что эти 400 лет довольно пагубно сказались на всех основополагающих принципах бытия.
Так постепенно мы становились приживалками в изначально погибшем доме.

Понимание того, что человек изначально не нуждается в спасении именно в силу принципиального единства с богом - важнейшая, так скажем, медитация языческого сознания. Это вернейший путь к внутреннему покою, к уверенности, к открытию потока.
Все остальные практики пути выстраиваются на базе этого понимания тотальности бытия.

В этом смысле мы можем говорить о том, что исчезают все посреднические ступени, в которых нуждается погибающая тварь, но совершенно не нуждается бог, дети божьи.
Речь идёт о том понимании искусства, которое порождает именно христианская модель - искусства в нет в архаичной модели мира - поскольку любое действие тотально, магично, мгновенно изменяем сам мир, то нет никакой пустой красивости, всё имеет творящую божественную силу, всё свидетельствует о неразрывности человека и мира.

Искусство в понимании последних веков - прежде всего свидетельство деградации, поскольку вместо творческой преобразующий мир силы, оно понимается, как с вторичная структура, красивая, но чаще всего - бестолковая. Так вместо принципа проявления божественного в каждом моменте, возникает сама идея какой-то вырванной из жизни искусственной практики, вторичной модели, в которой тварь может только уподобится богу, но не стать им.

Языческое делание сегодня среди прочего ориентировано на восстановление этой парадигмы целостности, тотальности творческого акта под названием жизнь.

В этом смысле меняется и само понимание смысла ритуала, обряда, к примеру того праздника Купалы, который состоится уже через неделю.
Основная задача таких моментов - не в восстановлении какой-то схемы, каких-то определённых песен или последовательности действа, а в восстановлении природы чувств участков ритуала, в возвращении иных в целокупное бытие с миром.

Share this

Комментарии

Настройки просмотра комментариев

Выберите нужный метод показа комментариев и нажмите "Сохранить установки".

Искусство в понимании последних веков

Вспомнилось из Откровения:
"И голоса играющих на гуслях, и поющих, и играющих на свирелях, и трубящих трубами в тебе уже не слышно будет; не будет уже в тебе никакого художника, никакого художества, ..."

Человек нуждается не в спасении, но в переживании

Как передать переживание?

"(...) для того, чтобы нечто из опыта вечности передать не только одиночкам, а задеть этим весь народ, нужны особые слова и другие знаки, нужны иконы, обряды, нужна музыка соответствующая. Но откровение по своей природе не все вмещается в слово и знак." Григорий Померанц, Cобирание себя, Лекция

Человек нуждается в спасении, а не в переживании

Странные вы цитаты подбираете - еще более замутняющие мутную запись.

«Бог стал человеком, чтобы человек стал Богом». Вот подходящая цитата.

Тогда все сразу становится на свои места. Бог — абсолютен и поэтому не только не требует никакого другого «смысла» для оправдания Своего существования, но, наоборот, Сам дает смысл всему, что имеет смысл. Смысл творения человека в том и состоял, чтобы человек стал Богом.
Разумеется, стать Богом именно так, чтобы при этом не перестать быть человеком (а иначе зачем было вообще человека создавать). Как такое возможно? — Именно так, как зеркально противоположное совершилось во Христе (когда Бог стал человеком, не перестав быть Богом), и именно благодаря тому, что во Христе это совершилось.

Задача стать Богом никогда, даже независимо от грехопадения, не была для человека исполнимой. Поэтому воплощение Божие совершилось бы в любом случае — независимо от того, было или нет грехопадение Адама и Евы. Хотя, конечно, если бы грехопадения не было (теоретически такая ситуация была вполне возможна, поскольку грех был свободным выбором прародителей: они могли бы выбрать иначе), то обстоятельства Боговоплощения были бы совершенно иными: не было бы ни Креста, ни смерти, ни воскресения.

Бытие Богом — это не бесконечность ограниченного человеческого существования, а настоящая вечность: не имеющая не только конца, но и начала. Это вообще не время (свойственное только материальному мiру), в котором, по определению, различаются прошлое, настоящее и будущее. Бог — нетварный, и поэтому тварный по своей природе человек, соединяясь с нетварным по Своей природе Богом, становится нетварным сам. — Так что, как зарифмовал это св. Иоанн Дамаскин (VIII в.): «Не Бог о-плочивается, но плоть обоживается».

Отсюда понятно, почему Бог не мог сразу сотворить человека таким, каким Он его задумал. Нельзя сотворить нетварного; нельзя сделать Богом помимо желания (а сотворяют или рождают разумных существ — без всяких церемоний, не спрашивая их желания). Бог сотворил, строго говоря, полуфабрикат человека, а не вполне человека (ап. Павел употребляет похожее выражение: он говорит о цели христианской жизни как достижении «меры возраста духовного»; таким образом, не достигший этой меры человек — как бы не взрослый).

Выбирать, становиться Богом или нет, зависело от этого самого человека, от «полуфабриката», то бишь. В случае выбора «становиться», должно было произойти Боговоплощение. Так и вышло, хотя после длительных приключений. Окончательное «да» за весь человеческий род сказала Богородица (ответившая ангелу «Вот, Я — раба Господня, и пусть со Мной будет так, как ты сказал» — этими словами Она согласилась на Боговоплощение). После Нее, однако, каждый человек должен еще повторить это «да» лично за себя. Разумеется, никто никого не заставляет, — кто не хочет, может не повторять, как это и случается чаще всего.

Как выразился св. Иоанн Златоуст о Закхее, забравшемся на дерево, чтобы через толпу разглядеть Иисуса, после чего Иисус заметил его и пришел к нему домой — он поднялся к небу на пару метров, и само небо сошло в его дом. Таков, приблизительно, «механизм» этого становления Богом — как его обычно называют, обожения, или, еще одно название, — спасения. (Не надо думать, что «спасение» в православном смысле слова состоит в чем-то, кроме обожения: «спасение есть не иное что, как обожение спасаемых»).

А те, кто не обожатся, окажутся, стало быть, не спасаемые. Всё.

Понимание того, что человек изначально не нуждается

Я не считаю этот текст неясным. Его можно улучшать, убрать опечатки. Важно, что он вызывает интерес и отклик. Другое дело, лично я не умею ни писать, ни разговаривать на определённую заданную тему... Но выражаю признательность Олегу Боровику за то, что его статьи приводят в сильное движение имеющийся у меня опыт прочитанного или понятого.



Dr. Radut | blog